Самые громкие преступления 2000-х: расстрел в Ленинской прокуратуре

ср, 07 апр. 15:00


Источник www.primamedia.ru

В 2005 году Владивосток потрясло убийство троих прокурорских работников
Тематическая иллюстрация. Фото: ИА PrimaMedia

В феврале 2005 года во Владивостоке произошло преступление, по резонансу сопоставимое с пожаром в здании ПромстройНИИпроекта (2006) и историей "приморских партизан" (2010). Подробности трагедии, случившейся в прокуратуре Ленинского района Владивостока, вспоминает ИА PrimaMedia.

По коллегам — из двух стволов

В понедельник, 7 февраля 2005 года, в начале рабочего дня — в девять с копейками — в здание прокуратуры Ленинского района Владивостока, располагавшееся на улице Петра Великого, 2, вошёл молодой человек. Охраннику он предъявил удостоверение сотрудника прокуратуры Кировского района. Металлодетекторов на входе не было. О том, что под одеждой у вошедшего спрятано два пистолета — Макарова и ТТ (первый числился как утерянный неким милиционером, о втором известно, что он был выпущен в 1944 году), никто не догадывался.

Первым делом незваный гость, поднявшись на третий этаж, вошёл в кабинет заместителя районного прокурора младшего советника юстиции Андрея Конева. После недолгого разговора молодой человек шесть раз выстрелил в собеседника из обоих пистолетов. 31-летний Конев скончался на месте. Открыв дверь, преступник увидел, что из кабинета напротив выглядывают две женщины — это были заместитель прокурора 34-летняя Наталия Балашова и старший помощник прокурора 36-летняя Татьяна Проскуровская. Безжалостный стрелок открыл огонь. В одну женщину попали две пули, в другую три, обе погибли. На звуки выстрелов в коридор выскочил следователь Александр Ли и попытался голыми руками остановить вооружённого преступника, но был ранен в ногу. После этого убийца закрылся в кабинете Конева. Другие сотрудники прокуратуры покидать свои комнаты не рискнули и тоже заперлись.

На место происшествия прибыл отряд силовиков, включая начальника краевого УВД генерала Николая Вачаева и приморского прокурора Валерия Василенко. Были предположения, что преступник удерживает кого-то из сотрудников прокуратуры в заложниках. Однако когда оперативники СОБРа взломали дверь, оказалось, что преступник уже покончил с собой, выстрелив себе в голову.

Вскоре выяснилось, что стрелка звали Антоном Власовым. А самое поразительное — в прошлом он действительно работал в прокуратуре Кировского района. Вскоре следствие пролило свет на предысторию бойни в прокуратуре, хотя до сих пор эта дикая история снабжена целым шлейфом домыслов и предположений. Попробуем рассказать всё по порядку, по возможности не отвлекаясь от точно установленных фактов.

Кровавая предыстория

Антон Власов, с юности мечтавший о карьере юриста, считался примерным сотрудником прокуратуры. До какого-то момента всё шло нормально, даже более чем: начав в 2002 году с позиции следователя Кировской прокуратуры, через какой-то год Власов стал заместителем районного прокурора. Коллеги утверждали, что не замечали ничего странного в его поведении: грамотный работник, уравновешенный человек. Его завидную карьеру сломал случайный и незначительный, казалось бы, эпизод, из-за которого оборвались ещё три жизни невиновных людей.

Напомним обстоятельства, позволяющие понять предположительные мотивы, которые привели Власова на улицу Петра Великого в то роковое февральское утро с двумя пистолетами под одеждой.

В октябре 2003 года Власов и его друг Андрей Ефремов возле кафе "Валентин и Валентина" в посёлке Кировском избили — как потом сочтёт следствие, "из хулиганских побуждений", — некоего гражданина В. Потерпевший, что интересно, в милиции заявил, что никаких претензий к Ефремову и Власову не имеет и поначалу указал на них по ошибке.

Чуть позже — ещё одно узловое событие этого жуткого сюжета — во Владивостоке на улице Шилкинской произошло убийство, в котором заподозрили того самого Ефремова. Последнего арестовали и поместили в СИЗО Владивостока, расследованием занялась Ленинская прокуратура. Убитый — знакомый Ефремова и одноклассник Власова — был застрелен из пистолета ТТ, когда тот возвращался домой с девушкой. Последняя также получила огнестрельное ранение, но осталась жива и опознала в стрелявшем Ефремова. В машине убитого, что интересно, оперативники обнаружили наркотики.

Власов начал проявлять к ходу расследования недозволительный интерес, нарушая внутренние инструкции и нормы служебной этики. Он так настойчиво пытался выяснить, что же накопали на его друга владивостокские коллеги, что последние направили рапорт вышестоящему начальству. Как позже рассказал журналистам прокурор Приморья Валерий Василенко, после проведения служебной проверки Власову предложили уволиться. Весной 2004 года он был вынужден снять запятнанный прокурорский мундир и поставить на карьере крест. Но стоило ли губить ещё и жизни — свою и, главное, чужие?



Тематическая иллюстрация. Фото: ИА PrimaMedia

Когда пострадавший в той самой драке узнал, что Власов больше не служит в органах, он написал на него заявление. Так Ефремов и Власов стали фигурантами уголовного дела, возбуждённого по статье "Умышленное причинение лёгкого вреда здоровью". С Власова взяли подписку о невыезде, Ефремов по-прежнему находился в СИЗО Владивостока. Из-за последнего обстоятельства оба уголовных дела, по которым проходил Ефремов, объединили в одно. А поскольку Власов тоже фигурировал в одном из эпизодов этого дела, его персоной также занялась Ленинская прокуратура.

Нельзя сказать, что следствие шло гладко. Суд возвращал дело в прокуратуру на доследование, зампрокурора Конев подписывал бумаги на передачу дела в суд… Последний раз это произошло незадолго до роковой даты: дело ушло в Ленинский суд 18 января 2005 года. Погибшая Наталия Балашова, курировавшая надзор за рассмотрением уголовных дел в суде, обеспечивала поддержание государственного обвинения по делу Власова. Проскуровская, как сообщали в прокуратуре, "грамотно дала заключение на предварительном слушании в суде о законности привлечения Власова А. Е. к уголовной ответственности". Так что все три убийства можно расценивать как месть Власова за то, что он и его товарищ попали под уголовное преследование.

С другой стороны, нельзя со 100-процентной уверенностью утверждать, что Власов шёл в прокуратуру с твёрдым намерением убивать.

Оказывается, он заранее приготовил специальные бланки и, вероятно, хотел заставить прокурора Ленинского района Дмитрия Романченко (тот, к счастью для себя, находился в отпуске) и его заместителя Конева их подписать. Власов пытался доказать, что обвинения, выдвинутые против его друга Ефремова, беспочвенны и убийства тот не совершал. Всерьёз ли он считал, что если руководство Ленинской прокуратуры под дулом пистолета подпишет бумаги о мнимой фабрикации дела Ефремова, то оно развалится? Или уже не соображал, что творит? Прилетевший во Владивосток заместитель генпрокурора РФ по Дальнему Востоку Константин Чайка предположил, что у преступника была не вполне здоровая психика. Действительно, трудно поверить, что у человека, который идёт в прокуратуру с оружием и не размышляя стреляет в людей, с головой всё в порядке. Тем не менее посмертная психолого-психиатрическая экспертиза признала, что он действовал не в состоянии аффекта и понимал, что делает.

Награды, выводы, вопросы

Константин Чайка обратил внимание на недостаточную охрану здания. Валерий Василенко сразу же распорядился усилить меры безопасности во всех районных прокуратурах. Вот только погибших было уже не вернуть. В мае 2005 года указом президента России за мужество и самоотверженность, проявленные при исполнении служебного долга, Андрея Конева, Наталию Балашову и Татьяну Проскуровскую посмертно наградили орденом Мужества (получали родители).

Александр Ли награждён медалью "За отвагу". На здании, где произошла трагедия (сейчас здесь располагается городская прокуратура), появилась памятная доска с именами погибших.

Эхо выстрелов в Ленинской прокуратуре неожиданным образом прозвучало почти год спустя, в январе 2006 года. Тогда ещё продолжался процесс по делу Ефремова — имеем в виду эпизод с убийством. Адвокат представил суду видеозапись, на которой Власов говорит в камеру о том, что убийство на самом деле совершил он, а не Ефремов. Признание было записано на видеокассету незадолго до расправы над сотрудниками прокуратуры, но нашли её почти год спустя. На видео Власов заявляет, что убийство на Шилкинской — "казнь наркоторговца", совершённая им "во имя родины и народа". Был ли он искренен? Или, уже решив покончить с собой, брал вину на себя, чтобы выгородить друга? (Интересно, что пять лет спустя в потрясшей страну кровавой истории "приморских партизан" тоже будут фигурировать и наркота, и посёлок Кировский — что ж это в самом деле за аномалия такая…).

Адвокат Ефремова, апеллируя к видеозаписи, ходатайствовал об освобождении подзащитного из-под стражи и проверке фактов. Однако суд не убедил "привет с того света", переданный Власовым. Ефремова признали виновным и приговорили к 18 годам лишения свободы.